AerialMike / Depositphotos.com
На это указал КС РФ при рассмотрении дела о проверке конституционности п. 1 ч. 1 ст. 350 Кодекса административного судопроизводства, согласно которому основанием для пересмотра судебного акта, состоявшегося в административном деле, по новым обстоятельствам является отмена судебного акта суда общей юрисдикции или арбитражного суда либо постановления органа государственной власти, иного государственного органа, органа местного самоуправления, послуживших основанием для принятия судебного акта по данному административному делу (Постановление Конституционного Суда РФ от 25 февраля 2020 г. № 9-П).
По мнению заявителя, данная норма препятствует пересмотру судебного акта, если положенный в его основу нормативный правовой акт (постановление соответствующего органа) в дальнейшем признан недействующим со дня вступления решения о том в законную силу, а не со дня принятия этого НПА.
Однако Конституционный Суд РФ с этим не согласился.
Он отметил, что п. 1 ч. 1 ст. 350 КАС РФ, называя новым обстоятельством для целей пересмотра судебного акта отмену послужившего основанием для его принятия постановления соответствующего органа, прямо не связывает возможность такого пересмотра с действием соответствующего судебного решения во времени. Хотя, действительно, судебные акты, принятые в отношении заявителя, свидетельствуют о том, что суды обусловливают такой пересмотр признанием НПА недействующим именно со дня его принятия. Соответственно, в данной ситуации, по мнению КС РФ, необходима конституционно-правовая интерпретация оспариваемого положения, базирующаяся на ранее выраженных им правовых позициях по аналогичным вопросам.
В связи с этим Конституционный Суд РФ напомнил, что летом 2018 года им уже были сформулированы правовые позиции в отношении аналогичной нормы АПК РФ (п. 1 ч. 3 ст. 311). КС РФ тогда подчеркнул, что пересмотр вступившего в законную силу судебного акта арбитражного суда в связи с таким новым обстоятельством, как признание положенного в его основу нормативного правового акта недействующим, допускается вне зависимости от того, с какого момента признан недействующим этот НПА. А затем – в январе 2019 года – КС РФ указал, что сделанный им вывод в отношении п. 1 ч. 3 ст. 311 АПК РФ и правовые позиции, положенные в основание данного вывода, применимы и к п. 1 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ .
Оспариваемый п. 1 ч. 1 ст. 350 КАС РФ регулирует тот же, по сути, круг правоотношений, что и названные нормы гражданского и арбитражного процессуального законодательства. Кроме того, вплоть до 15 сентября 2015 года производство по делам об оспаривании решений и действий (бездействия) органов публичной власти, а значит, и пересмотр вынесенных в таких делах судебных актов по вновь открывшимся или новым обстоятельствам регламентировались именно ГПК РФ, его главой 25.
Следовательно, правовые позиции, изложенные в указанных постановлениях и сохраняющие свою силу, в равной мере подлежат учету при применении судами общей юрисдикции рассматриваемого в настоящем деле законоположения. В противном случае создавались бы предпосылки для отступления от принципа правового равенства, поскольку право лица на пересмотр несправедливого судебного акта в связи с признанием недействующим нормативного правового акта, на котором он был основан, ограничивалось бы в зависимости лишь от того, было ли дело с участием этого лица разрешено по правилам гражданского (арбитражного) или административного судопроизводства.
Таким образом, заключил КС РФ, п. 1 ч. 1 ст. 350 КАС РФ не препятствует пересмотру по новым обстоятельствам вступившего в законную силу судебного акта суда общей юрисдикции по заявлению лица, в связи с административным иском которого положенный в основу этого судебного акта нормативный правовой акт признан недействующим судом, вне зависимости от того, с какого момента данный НПА признан недействующим.
Сама оспариваемая норма признана не противоречащей Конституции РФ.
